ВКОНТАКТЕ Facebook YouTube

С возможностью возврата: с какими сложностями сталкиваются семьи с приемными детьми. И можно ли облегчить адаптацию и для приемных родителей, и для самих детей

Больше половины приемных семей сталкиваются со сложностями при воспитании и адаптации ребенка, усыновленного или взятого ими под опеку. Абсолютное большинство — 83% — сталкиваются со сложностями в процессе обучения, в том числе с неспособностью детей усваивать школьную программу наряду с «домашними» детьми, свидетельствуют данные опроса, проведенного фондом «Катрен». Полученные такими детьми психологические травмы и имеющийся жизненный опыт определяют их поведение, которое может существенно отличаться от поведения детей, не сталкивавшихся с отвержением. Для того чтобы успешно с этим справиться, приемным родителям нужна дополнительная подготовка. Недостаток подготовки, помноженный на ложные ожидания от такого опыта, нередко приводит к тому, что ребенка возвращают в сиротское учреждение, обращают внимание эксперты. Это, в свою очередь, может быть одинаково болезненно как для детей, так и для самих приемных родителей. В том, как можно подготовиться к такому опыту и реально ли сократить количество отказов, разбирались «Известия».

Счастливая четверть

Данные исследования о трудностях, с которыми сталкиваются приемные родители в России, были опубликованы в начале декабря. Исследование проводили благотворительный фонд «Катрен» и онлайн-школа Skysmart вместе с исследовательской компанией Tiburon Research. Всего в нем приняло участие около 400 семей, опрос проводился в октябре-ноябре этого года.

Чаще всего в семье воспитывают одного приемного ребенка (45%), почти треть респондентов (27%) сообщили, что в семье два приемных ребенка; 26% пришлось на семьи с тремя, четырьмя, пятью или более приемных детей.

— 70% семей не имеют родных несовершеннолетних детей, — отмечается в материалах исследованиях.

Чаще всего детей принимали в семью либо до года (41%), либо в возрасте 4–6 лет (43%). К моменту проведения опроса в большинстве семей дети достигли возраста 7–10 либо 11–14 лет (44% и 46% соответственно).

По трети семей с приемными детьми сталкивались либо с умеренными, либо с серьезными проблемами. В четверти семей — как правило, тех, где воспитывалось не более одного приемного ребенка, принятого в раннем возрасте, часто — в случае родственной опеки, — вообще не было специфических для такой ситуации проблем. В 15% семей речь шла о так называемых «профессиональных проблемах» — но это чаще всего были семьи, воспитывающие от двух и более приемных детей.

К умеренным проблемам в таких семьях исследователи отнесли трудности со здоровьем и учебой, задержку развития, повышенную потребность во внимании, склонность к обманам, неспособность сосредоточиться и низкую самооценку. К серьезным — расстройство привязанности, вспышки гнева, аутоагрессию, несоблюдение норм поведения и плохую гигиену в дополнение к уже перечисленным. В случае с профессиональными проблемами речь также идет о сексуализированном поведении, агрессии и побегах из дома.

К наиболее существенным из распространенных проблем сами приемные родители отнесли задержки развития (48% случаев в приемных семьях и примерно 7% в обычных семьях), проблемы с психикой (34% и 13% соответственно); слабое здоровье и частые болезни (28% против 34% в обычных семьях).

Среди поведенческих проблем родители выделили в том числе склонность к обманам (52% и 29%), сексуализированное поведение (17% и 5%), самоповреждения (19% и 5%) и склонность к побегам (4%).

С трудностями в обучении так или иначе сталкивались 83% приемных семей. Около трети (32%) также пожаловались на неверную информацию о прошлом ребенка. Респонденты также обращали внимание на сложности с получением квалифицированной помощи извне. В том числе на неинформированность медиков и психологов об особенностях приемных детей и отсутствие поддержки со стороны школы.

— Школа работает как обвинитель, помощи от них нет. Только вечная борьба за успеваемость. Редкий учитель знает о сложностях в приемных семьях, — цитируют исследователи одного из респондентов.

Всего в России ежегодно возвращают в детские дома около 5 тыс. детей, попавших в приемную семью, подсчитали в фонде «Волонтеры в помощь детям-сиротам». Это прежде всего люди, которые оказались не готовы к тому, что означает на практике воспитание ребенка, пережившего в раннем возрасте психологические травмы.

Поставить в невыносимые условия

Основные трудности, с которыми сталкиваются приемные родители, связаны с тем, что дети из детских домов очень отличаются от своих «домашних» ровесников, рассказывает директор благотворительного фонда «Найди семью» Елена Цеплик.

— В детских домах, как правило, оказываются дети из социально неблагополучных семей, в которых родители по разным причинам не могли нормально о них заботиться. Это может быть употребление алкоголя или наркотиков либо какая-то иная форма социального неблагополучия. Такая жизнь создает у ребенка не только физические проблемы, но и душевные травмы, — рассказывает она.

Когда ребенок оказывается в детском доме, его базовые потребности в тепле и питании удовлетворяются, но заниматься лечением детских травм в учреждении никто не будет — ребенок будет расти в физически безопасной, но крайне неблагоприятной для реабилитации и развития среде.

— В результате ребенок «замораживается», его травмы уходят глубоко внутрь, — рассказывает собеседница издания.

В полной мере сталкиваются с последствиями этих травм, как правило, уже приемные родители. Когда ребенок, переживший такой опыт, оказывается в приемной семье — в ситуации физической и психологической безопасности, — всё это дает о себе знать.

— Выражается это в различных особенностях поведения. Бывшие сироты могут хронически не слушаться, не реагировать на просьбы, провоцировать родителей на агрессию или проявлять агрессию сами, могут воровать, драться, проявлять различные виды сексуализированного поведения, может быть самоагрессия, — перечисляет Елена Цеплик.

Пытаясь избежать новых травм, оказавшись в приемной семье, дети будут «проверять» приемных родителей. Как правило, используя для этого достаточно жесткие сценарии, говорит психолог, руководитель школы приемных родителей Алексей Рудов.

— Это естественно, с их точки зрения. Если ты хочешь быть уверенным в том, что человек тебя не бросит, ты должен поставить его в невыносимые условия и убедиться, что он тебя не оттолкнет, — отмечает он.

Кроме того, когда ребенок годами живет в состоянии стресса, его развитие замедляется, поэтому на поведенческие сложности накладываются «очень серьезные» проблемы с обучением и внешним социальным взаимодействием. Люди с «обычным» жизненным опытом к таким проблемам оказываются не готовы. Поэтому кандидатам в приемные родители нужно проходить специальное обучение, а абсолютному большинству приемных семей нужно грамотное, профессиональное экологичное сопровождение.

Мотивация жалости

Отдельная категория проблем, как правило, связана с мотивацией потенциальных приемных родителей и отсутствием четкого представления о том, что в действительности означает решение взять приемного ребенка, отмечает Алексей Рудов.

— Мотивация жалости, мотивация из желания потренироваться или вырастить идеального человека, попытка самореализации родителя, часто встречается в приемном родительстве. Но это не конструктивная мотивация, это мотивация про родителя, а не про ребенка. На жалости еще можно взять котенка и месяц ухаживать за ним, но с ребенком предстоит прожить всю жизнь, — отмечает он.

В действительности отношения приемного родителя и приемного ребенка, вне зависимости от возраста, скорее напоминают отношения двух партнеров, каждый из которых уже имеет за плечами определенный опыт — и исходя из него пытается выстроить близость в новой обстановке.

Поэтому еще на этапе подготовки крайне важно проработать мотивацию, которая позволит обеспечить длительное конструктивное взаимодействие в семье.

— Действительно, иногда причиной бывают неоправданные ожидания, несбывшиеся мечты о красивом, успешном ребенке, самозабвенно играющем на скрипке, непременно в лучшем оркестре мира, — подтверждает директор благотворительного фонда «Измени одну жизнь», занимающегося содействием семейному устройству детей-сирот, Яна Леонова.

Бывает, что семья возвращает ребенка, потому что родитель попытался справиться со всеми стоящими перед ними задачами и сложностями в одиночку и оказался просто не в состоянии это сделать — при этом часто люди даже не знали о том, что могли обратиться за помощью, рассказывают в фонде.

Но иногда причиной становится недостаток информации со стороны государственных органов.

— Иногда родители вполне хорошо подготовлены, у них есть ресурсы, они приняли осознанное решение, но информация о ребенке оказалась либо ложной, либо недостаточной. Родители, понимая, на что именно они были готовы, вынуждены принимать решение о возврате, — продолжает Яна Леонова.

При этом отказ часто оказывается даже более травматичным для родителей, чем для самого ребенка, обращает внимание Рудов.

— Ребенок подсознательно к этому готов, он в такой ситуации уже оказывался. Но представьте, как чувствуют себя взрослые, когда понимают, что должны предать человека, который им доверился, — говорит он.

«Одного желания не всегда достаточно»

Сегодня в России прохождение курса в школе приемных родителей является обязательным условием перед усыновлением или оформлением опеки над ребенком.

В идеальной ситуации курс включает в себя работу с психологами, блоки, касающиеся поведенческих проблем, с которыми можно столкнуться, юридических аспектов и взаимодействия с опекой, которая в дальнейшем будет контролировать проживание приемного ребенка в семье.

Чтобы опека засчитала документы о прохождении курса, школа должна быть сертифицирована. Однако школы сильно отличаются между собой, и само по себе наличие сертификата необязательно говорит о том, что обучение будет качественным, обращает внимание Алексей Рудов.

— Как и в случае с выбором врачей или учителей ориентироваться нужно прежде всего на отзывы. Кроме того, очень поможет, если при школе есть реальный общественный совет — люди, которые сами прошли через такой опыт, смогут передать намного больше, чем не имеющий практического опыта психолог, перед которым стоит задача просто пройти по программе, — отмечает он.

Обучение в школе может занять пару месяцев, а вся подготовка с учетом самостоятельной работы — около полугода.

Программа обучения в школе приемных родителей должна адаптироваться под сегодняшнюю ситуацию, она не может быть вырублена в камне, уверена Яна Леонова.

— Нынешних кандидатов надо готовить к тем детям, которые сейчас находятся в системе государственной заботы, — утверждает она.

Кроме того, процесс подбора семьи для ребенка должен производиться исходя из его интересов и потребностей. Это в том числе позволит сократить роль ошибки при подборе семьи для ребенка, которая впоследствии может привести к отказу.

— В силу отсутствия алгоритмов и методик, обязательных для использования специалистами, не учитывается огромное количество факторов, которые очевидно повлияют на будущую семью. Одного желания семьи или ребенка, к сожалению, далеко не всегда достаточно, — говорит Леонова.

В отсутствие единых требований

Существующая система несовершенна, но хорошо уже то, что она, в принципе, существует, считает Елена Цеплик.

Прохождение школы приемных родителей как обязательное условие для получения разрешения на усыновление она называет большим шагом вперед в развитии семейного устройства. Проблема, по ее словам, заключается прежде всего в том, что институт школы приемного родительства, как и институт сопровождения семей, в России пока развит слабо.

— У нас нет единых регламентов, единых требований к специалистам сопровождения, нет прописанных и понятных всем целей сопровождения и допустимых инструментов. Более того, в формате государственной поддержки сопровождение должны осуществлять органы опеки. И в их же компетенции находится контроль за приемными семьями. А совмещение функции сопровождения и контроля — это путь в никуда, — отмечает Цеплик.

Школы с высоким уровнем подготовки существуют в основном только в крупных городах. Там действуют некоммерческие организации, способные принять участие в их работе. То же самое относится и к сопровождению. Оно, как правило, необходимо семьям в течение первого полугода после того, как приемный ребенок попал домой.

— Сопровождение в нормальном его виде реализуют опять-таки некоммерческие организации. Но, как правило, они работают в тех же крупных городах, — объясняет Цеплик. — У нас в фонде есть дистанционная служба поддержки приемных семей, мы оказываем дистанционные услуги сопровождения по всей России, но мы такие одни.

Это долгий, тонкий, «ювелирный процесс», говорит собеседница издания:

— Настроить его в масштабах страны сложно, но это не значит, что невозможно. Самое узкое место — это совмещение функции контроля и сопровождения, а также подготовка специалистов.

Пока, отмечают общественники, ни один вуз в России таких специалистов не готовит.

Большая проблема для приемных родителей также заключается в том, что при принятии решения им часто не хватает данных, прежде всего о ребенке и о его потребностях, о своих ресурсах, добавляет Яна Леонова.

— Зачастую ребенка передают в семью совершено без истории, без понимания, что с ним произошло, как он это переживал, кто ему смог помочь и смог ли, — обращает внимание она.

Источник информации: «Известия» https://iz.ru/



127025, Москва, ул. Новый Арбат, дом 19, комната 1821

Телефон/факс: +7 (495) 697–40–60,+7 (495) 697–83–56

E-mail:info@souchastye.ru

Разработка сайтов Разработка сайтов WebTie.ru
© 2009 – 2021 Благотворительный центр
«Соучастие в судьбе» - правовая и социальная помощь детям-сиротам

Яндекс.Метрика